Мы не извиняемся,
Да, мы такие.
Но мы можем гармонировать друг с другом,
Даже если звучим отстойно.
Не пытайтесь критиковать,
Лучше отмалчивайтесь.
Из нас делают идолов,
Мы – кумиры подростков.
Вы уже слышали нас, но это были только цветочки,
Сейчас мы вернулись, чтобы подать еще худший пример.
Измельчите белый порошочек... Поехали!
Матерые волки выстраиваются в ряд
И побеждают ничтожных свиней.
Пьяные, как всегда – и мы продолжаем в том же духе.
Тяжело дыша, я распугиваю птиц выстрелами.
Усвой мой урок, я нарисую черным ухмылку,
Я по-прежнему белокож,
Ты знаешь, меня будет сложно убить,
Я еще захвачу контроль.
Положу ружье на пол, пока я тут харкаю кровью,
Ты же знаешь, что я пришел, чтобы остаться.
К черту все, умру молодым!
Йо, моя банда становится больше, и еще больше,
Это 188 минус один, вы поняли расчет.
Мы не извиняемся,
Да, мы такие.
Но мы можем гармонировать друг с другом,
Даже если звучим отстойно.
Не пытайтесь критиковать,
Лучше отмалчивайтесь.
Из нас делают идолов,
Мы – кумиры подростков.
Легко быть пьяным, когда трезвым быть трудно.
Я угоню твою тачку, меня тормознет полиция...
Я зловредный курильщик, воняющий своей травкой,
Официальный член уличной банды,
Дьявольская ноша на твоих подростковых плечах.
Не приглашайте Scene'а на ночевку, он писается в гостях,
Он предложил твоей сестре встречаться, чтобы ей изменять.
Кошмарный изгой, черт, ниже пасть невозможно.
Но ты тайно прешься от постера Charlie Scene'а.
Я поднимаю мотоцикл на одно колесо,
Показываю всем средний палец и лечу на красный свет.
Я известен своим ударом ниже пояса в финале драки,
И я никогда не говорю "Мне жаль" под конец ночи.
Мы не извиняемся,
Да, мы такие.
Но мы можем гармонировать друг с другом,
Даже если звучим отстойно.
Не пытайтесь критиковать,
Лучше отмалчивайтесь.
Из нас делают идолов,
Мы – кумиры подростков.
Мой кошелек лопается от денег,
Цепи звенят – да, вы знаете, что я тот еще гуляка.
Но мы примем вину на себя,
Ведь ваши родители этого не сделают,
Они набивают свои косяки вашей марихуаной.
Как я могу сбежать от этих копов, если у них автоматы?
У меня одна пушка, а у них – много.
Стреляю в небо из долбаного обреза,
Господи, благослови католика (прости меня, отец)...
Что делать, когда другой человек держит руку на Библии?
Подростки бегают за мной, я чувствую ответственность.
Типичный парень, со склонностью к суициду,
Грешник, несознательный папаша,
Который и сам еще ребенок,
Как можно винить его за то, что он пропадает на спортплощадке?
Мать все так же ходит по магазинам, а отец – читает морали...
И теперь это моя проблема – ведь никто больше не научит его,
Теперь никому, никому он не нужен.
Мы не извиняемся,
Да, мы такие.
Но мы можем гармонировать друг с другом,
Даже если звучим отстойно.
Не пытайтесь критиковать,
Лучше отмалчивайтесь.
Из нас делают идолов,
Мы – кумиры подростков.
Поделиться ссылкой в:
