Vater der Götter
Отец богов,
Ein Land, ein Volk
Одна страна, один народ,
Eine Stimme, ein Befehl
Один голос, один приказ.
Die Feder wird das kalte Wort
Писчее перо становится холодным словом,
2Dann kommt der Krieg und trägt es fort
Затем приходит война и уносит его.
Trommelfeuer und roter Stahl
Барабанный огонь и красная сталь,
Durchqueren wir auch tiefstes Tal
Мы пересекаем даже самую глубокую долину.
3Deutschland, Deutschland, hörst du mich?
Германия, Германия, слышишь ли ты меня?
Heut Nacht komm ich über dich, yeah
Сегодня ночью я обрушусь на тебя, да.
Der Horizont so weit
Горизонт так широк,
Dass sich der Geist verliert
Что теряется разум.
Und jeder tote Feind verneigt
И каждый мёртвый враг склоняется.
Ein Heer marschiert
Армия марширует.
Der Horizont so weit
Горизонт так широк,
Dass sich der Geist verliert
Что теряется разум.
Und jeder tote Feind verneigt
И каждый мёртвый враг склоняется.
Eine Rasse, ein Mensch
Одна раса, один человек,
Eine Sprache, ein Befehl
Один язык, один приказ.
Wir sind Nacht unter der Haut
Мы — ночь под кожей,
Bis ein roter Morgen graut
Пока не забрезжит красный рассвет.
Ein Heer marschiert
Армия марширует.
Der Horizont so weit
Горизонт так широк,
Dass sich der Geist verliert
Что теряется разум.
Und jeder tote Feind verneigt
И каждый мёртвый враг склоняется.
Ein Herr maschiert
Армия марширует.
Der Horizont so weit
Горизонт так широк,
Dass sich der Geist verliert
Что теряется разум.
Und jeder tote Feind verneigt
И каждый мёртвый враг склоняется.
1 — В оригинале "hah", а не "ach", но в песне это не произносится вслух, вместо этого звучит прерывистое дыхание вокалиста между первой и второй строчками текста.
2 — В оригинале метонимия: вместо "написанное пером" говорится "перо" (Die Feder). В русском языке слово "перо" в похожем значении используется в выражениях: "взяться за перо" (начать писать книгу), "мастер пера" (писатель), "акулы пера" или даже "работники пера и топора" (журналисты).
3 — Это прямая поэтическая аллюзия на 22-й Псалом Давида (в синодальном переводе — Псалом 23) "Господь — Пастырь мой...". В немецкой лютеровской Библии (Lutherbibel) одна из строчек этого псалма звучит так: "Und ob ich schon wanderte im finstern Tal, fürchte ich kein Unglück; denn du bist bei mir..." (И даже если я пойду тёмной долиной, не убоюсь зла, ибо Ты со мной...). Centhron усиливают этот библейский образ, сохраняя ту же библейскую метафору преодоления смертельной опасности или адских испытаний: вместо "finsteres Tal" (тёмная долина) — "tiefstes Tal" (самая глубокая долина).
4 — Существует также вариант текста, где эта строчка выглядит так: Ein Herr marschiert (Господь марширует). То есть, слово "Heer" (армия, войско) заменено на слово "Herr" (Господь, господин, хозяин, владыка). И если это не опечатка, то здесь два пласта смысла: 1) Библейский пласт (Der Herr — Господь). В немецких религиозных текстах Der Herr — это прямое именование Бога (Господь). В контексте отсылок к Псалму 22 ("Господь — Пастырь мой...") строчка "Ein Herr marschiert" обрастает ветхозаветными коннотациями: марширует не просто армия, а Сам Господь, вершащий суд. 2) Языческий германо-скандинавский пласт (Odin — Владыка). Песня начинается с прямого обращения к Одину: "Odin, Vater der Götter" (Один, отец богов). В скандинавской мифологии Один имеет множество (более сотни) имён. Он не только Отец богов, но и "Heervater" (Отец войск) и "Herr der Gefallenen" (Владыка павших, то есть владыка армии павших в бою воинов — эйнхериев). В таком контексте "Heer" (войско эйнхериев) и Herr (Владыка Один) сливаются в один образ.
Х
